Error get alias
#ведьминысказки

Баба-Яга придирчиво разглядывала крышку дубовой колоды. Старый черный кот с побелевшими кончиками обмороженных ушей вертелся под ногами:

- Ты чё удумала-то? Удумала-то чё? Чё молчишь-то? А я куда?

- А что ты? Дождешься следующую.

- Сердце-то у тебя есть, а? Есть сердце, спрашиваю? - Баба- Яга обошла колоду по кругу, постучала ногой по боковине. Дуб отозвался гулкой пустотой. Яга удовлетворенно кивнула:

- Дельная колода, - она сдвинула в сторону тяжелую крышку и зашагала в сторону поляны. Кот кинулся следом:

- Ты куда собралась? Собралась-то куда, спрашиваю, чертова ведьма?!

- Ослеп что ли от старости? Или одурел? Не видишь, на поляну иду?!

- Чего тебя на поляну понесло?! – не унимался путающийся лапами в высокой траве кот. Яга остановилась, раздраженно сверля синими глазами кота.

- А тебе не все равно?! Мышей лови!

Кот потерся щекой о ноги Яги и заурчал:

- Пойдем домой, а? Ну что тебе до этой дуры-то?

Старуха упрямо засопела, ухватила кота поперек толстого живота и переставила в сторону:

- И отожрался же… Как тут мышей ловить с таким брюхом? Раскормила я тебя, ой раскормила, - певуче протянула Яга, - Не путайся под ногами. За чабрецом я.

Она сделала несколько шагов по песчаной тропинке, скинула обувь, попробовала ступнями теплый песок и легко пошла дальше:

- Ох, хорошо-то как босичком по теплому… Погрею ноги напоследок.

Кот продолжал путаться под ногами, то забегая вперед и оглядываясь на Ягу, то отставая. Кончик черного хвоста мячил над невысокой травой.

- Ты чё с чабрецом-то удумала? Говори.

Шагавшая вслед за котом по тропинке бабка остановилась, раскинула руки вширь и с наслаждением потянулась:

- В колоду постелю, для запаха.

Кот замер на полушаге, обернулся к Яге:

- А я? Я ж с тобой с котят… Забыла?

- Ну что «ты»? – печально вздохнула Яга, присев на корточки возле кота. Тот ткнулся лбом в босую ступню. Яга пощекотала кота под подбородком, - Что «ты»? Ты не пропадешь. До зимы далеко. Прибьешься к кому. Или новая придет.

- Я к тебе привык, - кот ткнулся головой в ладонь Яги и заглянул ей в глаза.

Ведьма села в цветущий земляничник, аккуратно расправив подол, вынула из-за пазухи шитый гладью платочек, расправила его на коленях и провела пальцами по вышитым на белом полотне анютиным глазкам.
- Устала я, кот. Ходят и ходят четвертую сотню лет. И все одно и то же - приворожи-отворожи –дорогу покажи.

- Так мне имя и не придумала, - кот обиженно отвернул в сторону морду, - Все кот да кот.

- А чем тебе Кот не имя?

Кот сердито молчал. Яга провела сухой ладонью по черной шерсти, отставила в сторону кисть, разглядывая узловатые пальцы:

- Подагра, видишь? – Яга сунула руку под нос коту, - Вроде и мяса не ем, а подагра. Коленки болят – в ступу не залезть.

- А то они у тебя раньше не болели, - черный кот с надеждой заглянул в молодые глаза Яги. Та тяжело поднялась с земли, кот засеменил следом.

Возвращались к вечеру. Яга несла в подоле охапку дурманящего запахом чабреца. Повеселевший кот тащил придушенную мышь. На пороге избы оба сели и уставились в вечереющее небо.

- Может передумаешь?

- Нет. Помирать, так помирать. Зря что ли за чабрецом ходила?

- Ты из-за этой дуры что ли?

Ведьма вытянула через ступеньки уставшие ноги, пошевелила пыльными пальцами:

- Да если б она одна… Которая уж за отравой приходит? Седьмая?

- Так не давай.

- И не даю, - Яга скривилась и повернулась к коту, - Так они сами яды варят. Ну и кто ведьма? Я или они? Они красны девицы, а я аццкий сатана. Глаза в пол опустят, и сидят, косы теребят, а как поднимут… Ой, не глядеть бы в те глаза.

Кот вздохнул и привалился к Яге пыльным боком:

- Кого травят?

- Мужей да соперниц, - ведьма помолчала, помяла сухими губами и сказала в сторону задрожавшим голосом, - И прижитых младенцев. Младенцы-то чем виноваты?

- А мужей-то чего?

- А я почем знаю? Женись, узнаешь - огрызнулась Яга, сгребла охапку чабреца и зашагала в сторону колоды, бросив через плечо:

- Все. Кончен разговор. Достали. Помереть хочу.

- А Кащей? - осторожно пискнул кот. Бабка резко развернулась и яростно прошипела:

- Только болтани ворону. Вот только болтани! Придушу своими руками!
Кот прижал рваные уши и поперся следом за ведьмой. Баба-Яга деловито приставила к стволу столетнего дуба стремянку, подергала, проверив устойчивость, вздохнула, провела ладонями по нагретой солнцем коре и подняла глаза к густой раскидистой кроне.

- Сама сажала. Ишь, вымахал.

Сквозь резную листву проглядывала пристроенная между толстыми ветками колода.

- Эт как ты её туда запёрла-то? - озадачился кот.

- Да ведьма я в конце концов или хрен собачий? Вот так и запёрла.

- На горбу что ли?

- Ты хоть кот, а дурак, - Яга подоткнула подол повыше, закинула за плечи связанный веревкой пук чабреца и полезла по лестнице, потопталась на пятой ступеньке, оглянулась на кота. Кот сидел у корней, задрав морду к Яге. Бабка вздохнула, спустилась вниз, подхватила кота под мышки, прижала к плечу. Кот закрыл глаза и притих. Ведьма, шмыгнув носом, чмокнула черный нос, опустила кота на землю:

- Ты больно-то не горюй. Один не останешься, другая придет.
Кот не ответил. Ведьма снова дернула повыше подол, забравшись на ветки растрепала по дну колоды чабрец, поерзав, улеглась поудобнее, подтянула крышку колоды и крикнула вниз:

- Ты тут не сиди, оголодаешь. На девятый день помру.

Загрохотала задвигаемая крышка. Кот печально проводил ее взглядом. Наверху все затихло. Кот задумался, постучал хвостом и потрусил куда-то в лес.
- Он говорит, померла – ворон расправил крылья, сгорбился, вытянув шею, и протяжно каркнул. Кащей угрожающе поднимался из-за видавшего виды мерцающего старым золотом стола.

- Кубок! – предупреждающе каркнул ворон. Кащей резко развернулся, подхватил кубок и хрястнул его об пол, искрами брызнуло изумрудное стекло.

- Древний Египет, - констатировал ворон. К изумрудным осколкам добавились рубиновые.

- Византия, - невозмутимо продолжила птица.

- Схлопочешь! – рявкнул Кащей.

- Понеслооось, - ворон, нахохлившись, начал нервно чистить перья крючковатым клювом.

- Тащи его сюда! – рявкнул Кащей, - Я ему башку сверну!

- Кота не трогай, - ворон вынул клюв из перьев и строго глянул на Кащея, - Он по лесу неделю шел.

- Бежать надо было! – рявкнул Кащей, - Шел он! Бежать надо было!
По стенам летели цветные осколки, обрывки гобеленов, обломки мебели красного дерева. Ворон, не обращая внимания на бушующего Кащея чистил перья. Кащей шибанул об пол меч, зазвенела сталь, сидящий на крыльце кот боязливо прижал уши и оглянулся, распахнулась открытая пинком тяжелой ноги дверь, темная жилистая рука уцепила за шиворот похудевшего кота и подняла вверх. Кот, подтянув хвост к животу, зажмурился. Кащей поднял кота повыше, пытаясь заглянуть в глаза, тот молчал, закрыв глаза. Кащей разжал пальцы. Кот тяжело шмякнулся об наполированные временем доски. Кащей опустился рядом:

- И с кем я теперь говорить буду? С Горынычем? С ним только про девок говорить. А про искусственный интеллект с кем?

Кот осторожно открыл один глаз:

- Я это… Такое дело… Горыныч сказал Иван лягушачью шкурку спалил.

Жилистая темная рука снова подняла кота в воздух:

- Куда клонишь?

- Ну… Ну, не жить же мне там одному. Зима скоро.

В пустой избе Бабы-Яги на дубовом столе лежал в одиночестве вышитый анютиными глазками белый платочек. Огромный иссиня-черный конь склонив голову мел гривой землю, рыл копытом и храпел. На луку седла опустился в ожидании хозяина ворон. Конь дернул головой, из-под длинной челки сверкнули жутким светом красные глаза. Кот проводил взглядом взмывшую к полной луне троицу:

- Опять через лес неделю лапы топтать. Да чё уж теперь торопиться... Теперь уж поздно, - и потрусил в сторону дома.
Блог Светланы Комаровой
Блог Светланы Комаровой



Заполните форму и получайте от меня рассылку с новыми сказками и статьями


Я против СПАМА, только самое интересное.
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности